Мне кажется, что с каждым годом Островский становится всё ближе и ближе. И тот нравственный выбор, который ставит Александр Николаевич перед своими героями, сегодня приходится делать и нам. К тому же, Островский — драматург такого великого масштаба, что ему можно, как Чехову или Шекспиру, доверять беспредельно. А это очень важно для режиссёра в работе над спектаклем <…> На мой взгляд, выжить и сохранить себя в обстоятельствах, которые драматург определил для Веры Филипповны, могла только очень сильная и умная женщина. Я вообще не принадлежу к тем почитателем Островского, кто видит в героинях его пьес одну лишь наивность и стерильную чистоту.